ловко, так искусно!

Удивилась ведьма. Ей таких чудес видеть не доводилось. йот она и спрашивает:
- Не продашь ли мне веретено?
- Нет! - отвечает принцесса.- Цены ему нет. Уж если я с ним расстанусь, то не за деньги.
- Скажи, чего ты хочешь? Я за это веретено ничего не пожалею! - обещает ведьма.
- Хочу я вечером с принцем увидеться, потолковать с ним наедине. Тогда и веретено - твое!
Испугалась сначала ведьма, а потом и думает: "Где ей меня перехитрить!"
- Ладно,- говорит.- Будь по-твоему!

Пошла ведьма в замок, к вину в кубке сонного зелья подмешала, заставила принца выпить. А дочке приемной говорит:
- Спрячься в соседнем покое и слушай, о чем чужачка
с принцем толковать станет! После без утайки все мне расскажешь.
Только принц заснул, позвала ведьма принцессу к нему в опочивальню и говорит:
- Вот тебе принц! Толкуй с ним сколько душе угодно,
я мешать не стану!
Ушла она, а принцесса к мужу кинулась, обняла его и знай одно твердит:
- Наконец-то мы с тобой увиделись!

Принц ей ни слова в ответ. Глянула она на него в полумраке и видит: спит он! Заплакала принцесса, зарыдала и молит мужа:
- Принц Хатт, прости меня!
Но как ни плакала она, как ни молила, он ни слова в ответ.
Стала она тогда ему рассказывать, сколько путей-дорог исходила, пока его искала:
- Даже к троллям в пещеры наведывалась, лишь бы
узнать, где ты...
Только все напрасно: принц не просыпается!
А ведьмина приемная дочка тем временем в покое соседнем сидела, подслушивала. И до того ей принца с принцессой жалко стало, что решила она ничего про них приемной матери не рассказывать. Ведьму-то она люто ненавидела.
Утром, только рассвело, ведьма уже тут как тут, глядит - не нарадуется: принц спит, а принцесса - вся в слезах. Отдала она ведьме веретено золотое и в птичник пошла. Ведьма к приемной дочке кинулась, как да что было, спрашивает. А та в ответ:
- Ничего не видала, ничего не слыхала! Принц всю ночь спал, а чужачка плакала да что-то бормотала.
Целый день ведьма на золотом веретене в потайном покое пряла, принцесса в птичнике - слезами обливалась. А как полдень настал, отерла она глаза, взяла кошелек шелковый, золотом шитый, и отправилась в торговые ряды. Накупила опять снеди всякой и хмельного. Но сколько серебра она